18:51 

Из летних приключений

birchedgirl
невиноватая я, что такая двинутая
Время от времени у меня возникают навязчивые эротические идеи, какие-то желания, реализация которых становится для меня идеей-фикс. Первая подобная мечта у меня возникла в 15 лет, после просмотра Балабановского фильма "Про уродов и людей". Там героиню, молоденькую стройненькую девушку, чем-то похожую на меня, секут розгами. Меня в это время довольно часто отец наказывал ремнем, порки я совсем не боялась, даже ждала ее, но мне хотелось отведать настоящих гибких свистящих розг, а не привычного ремня. Иногда во время порки я мечтала о розгах, о них же грезила, лаская себя пальчиком под кадры любимого фильма. Увы, тогда мне так и не удалось отведать настоящей "березовой каши". Попросить отца: папочка, накажи меня розгами, у меня не хватало смелости. Но прошло чуть более 5 лет и навязчивая идея воплотилась в жизнь, правда в роли строго воспитателя уже выступал мой Любимый мужчина.

Потом я мечтала о сильном, красивом и умном мужчине, которому хотела подарить свою любовь, свое тело, всю себя. Тоже в 15 лет, и тоже не сложилось. И опять через 5 лет на моем пути встретился мужчина моей мечты. И эти девичьи грезы стали реальностью.

Моя бисексуальность. Я не стыжусь ее, в конце концов я - это я; воспринимайте меня такой какая я есть. Да, вследствие строгого консервативного воспитания, я не слишком афишировала свои "розовые" наклонности, но и не гнала от себя навязчивые мысли. Нежные взаимные ласки... сперва со школьной подругой Катей, потом легкие интрижки с подругами по спорт-залу. Я не готова была раздвинуть ноги перед первым попавшимся мужчиной, отсутствие кавалеров я легко компенсировала другими способами. И когда я бывала с девушками, навязчивая идея взаимной эротической порки преследовала меня. Но как только доходило до возможной реализации мечты, я почему-то тушевалась, не решалась переступить через какой-то психологический барьер, да и в би-радостях меня прельщали взаимные ласки, а идея сладостной боли отходила на второй план. Она сидела в моих мозгах, я не скрывала своих эротических устремлений от мужа, но практическая реализация... как-то не получалось. Всему свое время.

И вот это время наступило, все получилось как-то естественно, спонтанно, без каких-либо "напрягов". Я высекла свою норвежсую подругу, высекла розгами, сильно и больно, она стонала под моими ударами, но не от боли, а от возбуждения. А потом я целовала ее высеченное тело, вылизывала мокрющую вагину, выпила всю ее эротическую влагу.

Все получилось непроизвольно. Приехав в Норвегию, мы на несколько дней подались за город в дом к приятелю Кристиана и его подруги. Погода великолепная, не изнуряющая жара, а теплая, поутру даже прохладная погода. А потом яркое солнце, ветерок. Но уже чувствуется дыхание осени. Я гордо демонстрирую всем свои адриатические загары, даже мой Скандинав стал бронзовым. У Криса очень славный друг - Олаф, косвенный инициатор нашего знакомства. Он наполовину норвежец, наполовину поляк, вернее польский еврей. Остроумный заводной человек, чем-то внешне и по своей харизме напоминающий покойного Трахтенберга. Такой же искрометный и остроумный. Особенно когда мы стали с ним общаться по польски, я этот язык непроизвольно освоила. Никогда специально не учила, так само собой получилось, что могу говорить. Об Ульрике я уже как-то рассказывала. Бывшая любовница Кристиана, нынче живет с Олафом, высокая стройная девушка, солнечная и очень сексуальная. Как и я без комплексов. Зимой мы были с ней близки, и я предвкушала новую встречу. У Ульрики потрясающий клитор, наверное он достался ей в наследство от африканских предков, она светлая, со слегка вьющимися волосами. Красавица- квартеронка. И этот клитор, большой, красивый, который я целовала и лизала с огромным удовольствием, чувствуя как он превращается в почти мужской член. Маленький, но очень сексуальный, когда он касался моей мкорющей пизденки, я испытывала невероятный кайф. Мы предавались взаимным ласкам, я рассказывала ей о том, как люблю порку, какие игры мы придумываем с Кристианом. Но испытать розги на ее прекрасном теле мне не хотелось, его хотелось целовать и ласкать.

А на это раз... В первый же день нашего отдыха на природе мы устроили барбекю из лососины. Подкопченные стейки, на углях, в которые добавлены можжевеловые корни, специально для запаха. И красное австралийское вино. Вообще то к рыбе полагается белое,но южноавстралийский "Шираз" хорош со всем. Природа, солнце, 2 полуголые барышни, нагло ласкающиеся на глазах у мужчин, гладящие друг дружке попки и соревнующиеся у которой сильнее торчат соски. Мужики хохочут. На Кристиане тоже облегающие плавочки, я вижу что происходит с его членом. Олаф смеется, отпускает плоские шуточки на польском: ктура панянка бенде пьершей колежанку пердолить? Пердолить - это ебать по польски. Такой же богатый по смыслу глагол. Вино, много вина. Анька окосела, ее потянуло на подвиги. Иногда я в таком состоянии напоминаю сама себе питбулиху в период течки, не внешне, а по состоянию души. Мои порывы надо быстро-быстро гасить, и чем жестче, тем лучше.У нас с мужем есть договоренность: когда я перебираю алкоголя, он наказывает меня своим плетеным ременем для порки или розгами. Мне такой подход нравится, тем более после порки всегда секс, какой-то обостренный и яркий. А порка - это прелюдия, чтобы разбудить во мне зверя, а потом подавить его. Крис тоже усвоил мои повадки, поэтому я незамедлительно была отослана в близлежащий лес за розгами. Ой, как мне этого хотелось, голова сразу стала светлеть и проясняться, зато трусики начали медленно намокать. Прямо недалеко от дома я нашла несколько молоденьких березок, у которых веточки - как раз то, что требуется. Тоненькие, гибкие, хлесткие. Я срезала сразу несколько, и вернулась,гордо неся сексуальный букетик в руках. В этот момент сознание вторично, ожидание порки и секса первично, оно довлеет над моим разумом. Мне плевать на мнение окружающих, я хочу, чтобы меня поставили раком, кверху голой жопой, высекли розгами и выебали. Я животное, я похотливая самка. Мне нужен только мой любимый самец, сильный, со своим нагло торчащим длинным хуем, который вскоре войдет в меня. И мне плевать на все остальное.

Занавес. Конец первого действия. Мы гордо удаляемся в дом, я впереди с розгами в руках, за мной не спеша Кристан, торчащий в плавках член явно мешает ему идти. Ульрика и Олаф хохоча валяются на лужайке.

Дальше как обычно. Муж снимает с меня плавочки, я становлюсь раком на кроватку, подходящего кресла в комнате нет. Но и так сойдет. Я чувствую себя провинившейся девчонкой в руках строго отца. Свист... и розга нежно начинает поглаживать мое тело. Крис настоящий ласковый садист, он пальчиком проверяет насколько мокрая моя жаждущая пизденка. Потом похлопывает по попе, опять берет розги... и понеслась. Кайф, какой кайф. Боль, но это сладкая боль, возбуждающая боль. Моя попа и бедра уже все в полосках, красных, тоненьких, сексуально вздувшихся полосках. Я смеюсь, что у меня от порки начинается эрекция кожи. Жопка и бедра уже хорошо исполосованы, но мне хочется продлить удовольствие от порки. Розги начинают гулять по моим плечам. Это острая, сильная боль, каждый удар отдается в моей текущей и голодной пизденочке. Я кайфую, мне хорошо и больно одновременно, сейчас меня будут ебать, долго и со вкусом. А еще я понимаю, что на дворе заинтригованные Ульрика и Олаф. Надо было бы их пригласить, чтобы они полюбовались зрелищем порки пьяненькой Аньки. Но...но... У нас порка переходит в еблю, а это процесс сугубо интимный, не предназначенный для посторонних глаз. У меня свои психи. Мне всегда хотелось, чтобы меня публично высекли, например на уроке физкультуры. Сняли трусики, топик и высекли розгами. Эта навязчивая идея у меня еще со школьных времен. Но вот половой акт - это святое, это интимное таинство для двоих, ну может для троих. Вчетвером не получится, я не смогу отдаться Олафу, он прекрасный и остроумный человек, но физически он меня не возбуждает. Да и Крис наверняка не захотел бы ебать Ульрику: нельзя два раза вступить в одну и ту же воду.
Когда-то Крис порол меня ремнем на даче, а за стеной Катя трахалась со своим "офисным планктоном". Потом она честно призналась, как возбудили их звуки от ударов ремня о мою голую жопку.
Сейчас за стеной никого не было. Но наши друзья прекрасно знали, что происходит в доме, и, как потом призналась мне Ульрика, мысль о том, что сейчас делают с ее сексуальной подругой, очень возбуждала.
Порка окончена, розги отброшены. Крис берет меня, сперва раком, буквально пронзая насквозь. Эх, забеременеть бы в это чудное мгновение. Но не получится, тем более через пару дней у меня эти отвратные "красные дни".
Потом наступает это. Вернее сначала я устраиваю дикие скачки на мустанге (главное чтобы выдержала кровать), а потом начинается это самое, внутривагинальное цунами. Сознание в отключке, я ложусь на спину, плечи и жопка исполосованы розгами, но я не чувствую боли, я раздвигаю ноги, я ласкаю себя, потом Крис начинает целовать и покусывать мою пизденочку, нет не пизденочку-вагиночку-вульвочку, скорее розочку, раковинку. А я все кончаю и кончаю... наконец все.Финал. Я вырубаюсь...
Крис заботливо переворачивает меня животик, целует и гладит мое тело. Я обожаю эти ощущения, но у меня нет сил. Сквозь сон я чувствую какую-то прохладу на своем огненном теле, это очень приятно. Он заботлив, мой муж, он на всякий случай заранее, еще в Дубровнике купил тюбик ментоловой мази. Только скандинав способен на такое.

Через час мы выходим. На мне трусики-ниточки, хотя уже начинает холодать, но я не чувствую холода. Наоборот, свежий воздух так приятно ласкает мое многострадальное тело. На наших друзей я произвожу сильно впечатление. думаю, они не ожидали увидеть такое. Ульрика в трусиках, но уже одела маечку. Олаф, как всегда в льняных брюках. Я вижу как у Ульрики напрягаются соски, она возбуждается, я перевожу взгяд на ее трусики и вижу, что и клитор остался неравнодушен к увиденному. Она бросается ко мне, начинает гладить меня, целовать. Ульрика тоже уже хорошо приняла, две девушки, одна уже слегка протрезвевшая, а вторая пьяная начинают целоваться. Я снимаю с нее майку, мне приятно прикосновение ее возбужденных сосков к моей груди. Ульрика нежно, боясь причинить мне боль, гладит попу и бедра, чуть касается вздувшихся полосок, а потом просовывает руку в мои чисто символические трусики. На попе одна веревочка, чтобы ткань не раздражала высеченное тело. Мы обнимаемся и уходим в дом. Мужики остаются на веранде, они хохочат; Крис проголодался, он начинает заниматься очередной партией стейков. А у меня от прикосновений Ульрики опять проснулось желание. Я опять хочу... Только уже не розг, рубцов и полосок на теле, а нежных девичьих ласк.
И мы опять на кровати. Я лежу на животе. тело все саданит, следы и припухлости от розг уже постепенно начинают бледнеть. Крис никогда не сечет меня до крови, он любит мое тело, а кровь - это уже жестоко. Но сейчас со мной прекрасная подруга, она потрясена увиденным. Еще бы, Анн вся разрисована розгами, но так возбуждена. Ульрику никогда не пороли, ей не знаком этот кайф. Ульрика явно потрясена увиденным, она гладит меня, целует следы. Потом я раздвигаю ноги, она начинает меня целовать туда , я стильно сжимаю ее соски, до боли. Но ей это приятно. Немного запинаясь, она произносит: я тоже хочу так попробовать.
Я не верю своим ушам: что попробовать?
Ульрика, обычно такая заводная и раскрепощенная, как-то выдавливает из себя:
- ну, так как тебя, прутьями, голую... Только я хочу, чтобы меня секла ты, и не сильно, так немного, просто хочется почувствовать тоже , что чувствуешь ты.
- я стала целовать ее, сама мысль о том, что меня просят высечь это прекрасное тело... с одной стороны она прельщала, возбуждала меня... а с другой...Ну Ульрика уже взяла розгу и подала ее мне.
- Как мне лечь? Или стать на колени? Поставь меня так, как секут тебя, я хочу побыть на твоем месте. Я поставила ее на коленки, посвистела воздухе розгой, имитируя удар. Этот свист... он заводит сам по себе. Потом нежно провела розгой по ее попе, бедрам. Тело моей подруги покрылось испариной. Я рукой попробовала ее мокрую вагину, торчащий возбужденный клитор. Клитор Ульрики - это нечто, такой маленький женский хуечек, но очень славный.
- Негодница, - шутя воскликнула я. Вмето того, чтобы подумать о том, как ты сегодня себя плохо вела, ты вся возбудилась... Но ничего, сейчас я выбью из тебя эту дурь. И я довольно сильно хлестнула ее по попе. Ульрика ойкнула от неожиданности, потом как-то задумавшись сказала: больно. Но я хочу еще. Я хлестнула еще раз, а потом еще и еще. Ульрика вскрикнула , потом сама рассмеялась, потом опять вскрикнула. Но я не обращая внимаю я ее охи- ахи выдала ей 10 розг. Для первого раза это оптимальная порция. Нормальных и полноценных, каждая из которых оставила на ее попе или бедрах тонкий красный след. Ульрика стояла в той же позе раком, я просунула руку между ее ног, она была вся мокрющая. Я тоже была возбуждена, процесс разрисовывания розгой очаровательной жопки и бедер оказался очень сексуальным.
Анн, что со мной... я по-моему кончила, или близка к тому. Мне больно, и приятно одновременно. Поласкай меня, пожайлуста...
Я буквально впилась губами в ее клитор, гладила ее полосатые бедра, потом целовала их внутреннюю поверхность . Ульрика подставляла все тело под мои поцелуи. А потом мы приняли замечателью позу, 69, и две высеченные барышни, мокрые и возбужденные лизали друг дружке самые интимные части тела. Кончили мы практически одновременно.

Потом раздался стук в дверь. Олаф в свойственной ему манере поинтересовался, не засношали ли девочки друг дружку, и не пора ли нам подкрепиться. Мы дружно вскочили и как были голенькие, вышли на улицу. Запах подкопченных стейков манил. Крис постарался. Он критически осмотрел тело Ульрики,провел пальцами по взувшися на теле тоненьким полосочкам, посмеялся, отметил, что я освоила уроки порочного мастерства и вполне могу претендовать на работу в салоне для мазохистов. Прикосновение бывшего любовника было Ульрике явно приятно... Уже смеркалось, было прохладно. Нам с Ульрикой пришлось одеть шортики и маечки, но наши соски еще долго торчали, выдавая наше возбуждение...
Утром веселый, радостный Олаф с сильно помятой физиономей заявил:
- Аня, я хочу предложить тебе место персональной гувернантки для Ульрики. Ты будешь пороть ее по крайней раз в неделю, она вчера мне такую акробатику в постели устроила. Я давно так хорошо не ебался.

А мы с Ульрикой лежали на надувном матрасе на зеленой лужайке, выставив свои голые попы, хранившие следы от вчерашних жестоких игр, и радостно щебетали о нашем, о девичьем.

URL
Комментарии
2011-03-05 в 18:57 

Str@nnik [DELETED user] [DELETED user] [DELETED user] [DELETED user]
с удовольствием прочитал!

   

sexydiary

главная